Назад в воспоминание

Воспоминания о службе сержанта Абдурахимова Александра, гаубичная батарея, 1970 - 1972 г.

Я, Абдурахимов Александр Ураимович, 1951 года рождения был призван в ряды Вооруженных сил 11.05.70. РВК Ленинского района г. Москвы.

Собрали нас под трибунами в Лужниках, посадили в  ПАЗик, и началась моя воинская жизнь. Под Крымским мостом на светофоре наш автобус столкнулся с военным грузовиком - простояли более часа, дожидаясь ГАИ. Потом без происшествий добрались до клуба чулочно-носочной фабрики на севере Москвы. Там несколько часов проходили мед.комиссию, болтались без дела, спали, смотрели мультфильмы, бесились, выходили (или входили) в состояние опьянения. Потом призывников погрузили в автобусы, и колонна прибыла на Курский вокзал. Поздно ночью посадили в плацкартные вагоны вместе с  гражданскими пассажирами, и мы поехали в сторону Горького.

Высадили нас утром на станции Ильино, построили в колонну и повели пешим маршем в сторону Мулино, в район Гороховецких лагерей, где разместили в палатках. Потом около недели проходили мед. Осмотр, нас стригли, выдали военную форму (пришивали погоны, петлицы и пр.). Даже пришлось до присяги постоять в наряде ночью «у тумбочки» под грибком. Когда наша команда была одета и обута, ее повели на станцию, где погрузили в отдельные плацкартные вагоны, и… состав тронулся. Через несколько дней поезд прибыл в Черняховск. Там пересадили в «вертушки» и мы тронулись за кордон ночью. Утром я проснулся и увидел, что стоим на приграничной станции Польши. Польша нас встретила дождем,  тусклым пейзажем. Но немного пути… и мы уже в Германии со строгим порядком. Ночью прибыли во Франкфурт–на-Одере и по ночным улицам города пошли колонной  на пересылку.

Потом два дня безделья, пока «покупатели» разбирали своих воинов. Но пришла и моя пора, погрузили нас ЗИЛы-131 и повезли в в/ч п.п. 58731. Прибыли ночью и разместили на полу 1-го этажа то ли 2-го МСБ, то ли зенитного  арт. дивизиона, запамятовал.  Утром на подъем пришел старшина Кокоев Олег (позже он был моим старшиной в гаубичной батареи (Б-122мм) и своей летучей фразой «Бляха-муха» начал делать из нас солдат. Командовал  карантином Владимиров Александр Иванович. Тогда он был ст. лейтенантом. Потом  ком. роты барабанщиков (3-я МСР), затем, по-моему, нач. штаба (капитан) 2-го МСБ (а может быть другого батальона). В конце 71-го или в начале 72-го - переведен в другую часть комбатом. В настоящее время он генерал майор в запасе, Вице-президент Коллегии военных экспертов РФ, Председатель Президиума общероссийского союза кадетских объединений «Открытое Содружество суворовцев, нахимовцев и кадет России» (с 22.09.07.), выпускник Московского СВУ 1963 года.

Прибыло в часть нас много, было много и москвичей. Трудно было привыкать к новой жизни. Что-то вспоминается, что-то уже и забыл за 37 лет.

После карантина нас распределили по подразделениям. Я и еще некоторые ребята (Миша Кранов, Коля Апарин, Юра Главнов, Саша Тришкин, Степанов Толя («Степа») – москвичи; Ильясов, Кочкадаев Юра, Витя «Сварной» (фамилию его забыл, из Магнитогорска), Гена Константинов (из Саратова) попали в гаубичную батарею (Б-122мм).

Наша казарма была первой, если стоять спиной к штабу,  с левой стороны. На первом этаже был зенитно-ракетный дивизион («Шилки» и «стрелы» на БРДМ). Туда тоже попали новобранцы из Москвы, но, к сожалению, их фамилий я не помню. Помню, там служил зам. ком. взвода Никитин Олег, который был старше нас по призову на год. Мы с ним после службы даже общались некоторое время, но потом потерялись.  На втором этаже – арт. подразделения (батарея ПТУРС, гаубичная батарея (Б-122мм) и взвод управления начальника  артиллерии (ВУНА). В начале батареей командовал капитан («старый капитан») по фамилии то ли Степанов, то Григорьев, не помню, СОБом - ст. офицер батареи и командиром первого взвода был ст. л-т Максименко (потом его назначали командиром минометной батареи, по-моему 1-го МСБ. Вторым взводом командовал лейтенант Толкунов Александр Васильевич (закончил Тбилисское арт. училище, после он стал СОБом). Командира взвода управления (арт. разведка и связь) не помню.

Когда мы пришли, еще были последние дембеля-водители, которые были в Чехословакии в 68-м году. Сержанты по традиции в батарею приходили из Союза, из учебки на Урале. Моим первым командиром 2-го орудия был мл.сержант Мезенцев Виктор, очень хорошей души был человек. Наводчиком был ефрейтор из Питера (не помню, как его звали) на год старше меня по призыву. Орудийными номерами в нашем расчете (кроме меня) были: Константинов Гена из Саратова (он прослужил мало, был откомандирован в спорт роту в Олимпишедорф, был по-моему чемпионом ГСВГ по боксу в тяжелом весе, приезжал только на учения и перед дембелем) и Витя на полгода старше по призыву (стал каптерщиком). Старшиной батареи был старшина (позже – прапорщик) Кокоев Олег (был парторгом батареи, дал мне рекомендацию кандидатом в КПСС). Этот человек много дал мне за службу (и получал я от него часто, и хорошему много научил). В начале июня мы приняли присягу и в скорости отправились в летние лагеря рядом с полком. Там  жили в палатках до «белых мух», то есть до поздней осени.

Сейчас, постепенно отыскав фотографии службы (не было у меня дембельского альбома, не нравились мне эти штучки), вспомнил, что когда я был  орудийным номером 2-го орудия, у нас наводчиком был Гена Тарасов из Питера. Когда я прибыл в полк, то там встретил одного своего знакомого из Москвы (вместе учились в школе № 40, но он был на класс старше) Титова Александра (он служил в автороте писарем на полгода старше по призову). Удивительно,  как тесен мир.

Осенью 1970 года меня избрали комсоргом батареи. В первой половине 1971 года мы получили новые гаубицы Д-30 и нового командира батареи – ст. л-та Зеленского Александра Дмитриевича. Пишу и вспоминаю постепенно фамилии своих сослуживцев (всех, конечно, не помню). Я дружил с сержантом с Урала (1968-1970 осень) Бобковым Виктором, с рядовым Лякишевым Александром из Питера (1969-1971 весна). В 1971 году был переведен орудийным номером в 3-е орудие (основное орудие в батарее). Командиром орудия в то время у меня был сержант Попов Александр (не очень мы с ним «ладили»).

В июне 1971 года мы ждали приезда Брежнева в полк, вели подготовку к встрече, оборудовали учебную огневую позицию недалеко от полка. Вырыли окопы, обложили дерном, обшивали окопы. Жара в то время стояла страшная, гимнастерки все были белы от соли. Вот в один из таких дней меня с другими послали рубить елки для обшивки стен окопов. Работы было много, жарко…. Привезли канистру холодной воды, я прямо из канистры хлебанул ледяной, и уже к середине дня поднялась температура. Пошел в ПМП, положили и стали лечить. К вечеру температура -  40 град, даже бредил. Оказывается, подхватил ангину (впервые за двадцать лет, с детства ел зимой мороженое – ничего не было, тут…). Через день-другой узнаем, что ПМП будут ремонтировать, а всех больных – в госпиталь, в  Лейбниц. Две недели провел там (первые три дня там спал круглые сутки, подымался только на прием пищи).

В конце октября получил отпуск, в который поехал только в конце декабря, перед самым Новым годом, в Москве был 1-го января рано утром.

С конца декабря 1971 года был поставлен на должность командира орудия, присвоено звание мл.сержант (сержанта дали 23-го февраля).
В начале марта 1972 года участвовал в учениях «Запад-72» совместно немцами под руководством министра обороны Гречко А.А..

С 01.04.72 года был направлен на курсы офицеров запаса в 223-полк в Альтеслагерь (звание мл. лейтенанта запаса присвоили августе 1972 г., на гражданке).

Приехал в полк, когда все наши ребята уже улетели (с осени 1971 года некоторые возвращались воздушным путем). Я уехал из полка 17-го мая: «…Одер-Польша-граница-Брест.  И на службу поставлен крест. Хорошо! Не придется опять КПП увидать!» – так пелось в одной песне на мотив Высоцкого. Правда, возвращался я через Черняховск. Вот так закончилась моя служба в 69-ом полку и продолжилась другая моя жизнь. Простите, что написано с рваными краями, всего не напишешь, да всего и не вспомнишь, к сожалению.

Когда я начинал служить в полку, то командиром полка был полковник Иваницкий, в 71 году его заменил подполковник Ларин Артур Васильевич.

По организации и вооружению полка. В воспоминаниях Алексея Иванова (1972-1974) довольно точно описана организация  и вооружение полка того времени. Есть отдельные неточности по артиллерии, зенитчикам и некоторой организации МСБ (не минометный взвод, а минометная батарея (Б120 мм); был противотанковый взвод (ПТВ) с СПГ-9 и ПТУРС «Малютка»; в МСР (или в МСБ) было отделение стрелков-зенитчиков с переносным комплексом «Стрела-2»). В мое время в составе полка был ракетно-зенитный дивизион (точную организацию не знаю), на вооружении стояли «Шилки» и «Стрела-1» на БРДМ-2. Также в состав полка входила батарея 122 мм гаубиц (до 1971 года М-30 образца 1938 года, а после – Д-30). Батарея состояла из шести орудий, во взводе – 3 орудия. Также был взвод управления, который состоял из отделения артиллеристской   разведки (артиллеристский  дальномер, артиллеристская буссоль и прибор управления огнем артиллерии для вычислителя) и отделение связи (радисты  с Р-105 рациями). Взвод управления перемещался на ГАЗ-66. Тягачами для личного состава и гаубиц были ЗИЛ-131. Также была в полку батарея ПТУРС (ее организацию я не знаю), командовал ей в конце моей службы ст. л-т Сивохин, на вооружении батареи были установки ПТУРС на БРДМ-1. В полку была такая должность: начальник артиллерии полка. В мое время ее занимал подполковник, фамилию которого я не помню. Он командовал гаубичной батареей, батареей ПТУРС, минометными батареями батальонов и ПТВ МСБ.

Еще одно дополнение: военнослужащие срочной службы на должности заместителей командиров взводов получали 30 марок ГДР, на должности старшин – 45 марок ГДР. Также военнослужащим, начиная с должности командиров отделений (расчетов) выплачивалось на счет в Союзе денежное довольствие в рублях ежемесячно (у командиров отделений это было 5 руб./месяц).  Офицеры, естественно получали больше (молодые лейтенанты получали где-то 160-200 руб. мес. дополнительно, а в ГСВГ – 400-450 марок ГДР).

Парторгом полка был подполковник Сермяжко. «Разберомся» - говорил он с белорусским произношением. Комсоргом полка был ст. л-т Анохин, замполитом в конце службы – майор Нестеренко. В начале 1972 года в батарею пришел «двухгодичник» л-нт Петров, мой земляк с Кропотненской. Стал ком. взвода управления гаубичной батареи.

 

 

Сайт создан в системе uCoz